05
Дек, 2011

Интервью Председателя Правления Белвнешэкономбанка Каллаура П.В. порталу TUT.BY

ПАВЕЛ КАЛЛАУР: Банк должен уметь работать не только в хорошие времена

Кризисный год преподнес много неприятных сюрпризов и банкирам, и их клиентам. Подорванное доверие к рублю, нервные очереди за валютой, выросшие платежи по кредитам и переживания за сохранность вкладов не способствовали росту доверия банковской системе. О том, как это доверие восстановить, как выстроить долгосрочные отношения с клиентом, о сознательности белорусских заемщиков, обслуживании кредита под строительство АЭС и о том, за что перед регулятором нужно снять шляпу в интервью TUT.BY рассказал председатель правления ОАО «Белвнешэкономбанк» Павел Каллаур. Накануне двадцатилетия банка Павел Владимирович рассказал и о пользе здоровой конкуренции, и об амбициозных планах банка, которые кризис не отменил.

 
 
Кризисные уроки

- Как «Белвнешэкономбанк» пережил валютный кризис нынешнего года? Какие его симптомы были самыми неприятными?

-Кризис мы еще переживаем. Пока симптомы налицо в виде высокой инфляции и пережитых двух девальваций белорусского рубля. Думаю, мы еще столкнемся с такими проявлениями кризиса как рост проблемных активов в банковской системе и в целом снижение рентабельности реального сектора экономики. Если говорить о макроэкономической ситуации в целом, то лично для меня крайне неприятно осознавать то, что десятилетиями проводимая работа по укреплению доверия к национальной валюте оказалась практически перечеркнута. Чтобы это доверие восстановить потребуется много времени. А для банковской системы такое доверие крайне важно – ведь именно на его основе вкладчики принимают решение, доверять ли банку свои вклады, в какой валюте делать накопления.

Не удивительно, что отток вкладов почувствовали все банки. В номинале в белорусских рублях они сейчас восстанавливаются – мы уже превысили сумму, которая была на начало года, - но в реальном выражении депозиты далеки от того уровня, с учетом того, что инфляция уже превысила 100%.

По валютным депозитам сейчас идет рост, есть неплохая динамика, и банки корректируют процентные ставки по ним в сторону снижения. Белвнешэкономбанк действует также, повышая таким образом привлекательность сбережений в национальной валюте.

Еще одна тенденция – в условиях гиперинфляции население отдает предпочтение очень коротким депозитам. В ближайшее время эта тенденция сохранится. По срокам депозиты удлиняются только когда инфляция снижается до, как минимум, однозначных значений, и есть явно выраженная тенденция на ее снижение.

- Какие антикризисные шаги предпринял банк? Как преодолеваете негативные последствия кризиса?

- Мы не отказывали и не отказываем в поддержке нашим клиентам. При этом банк работает рентабельно, получил довольно мощную поддержку от материнского банка – российского Внешэкономбанка - в том числе и в части уставного капитала, который был увеличен на 30 млн долларов (http://finance.tut.by/news247932.html). Есть и ресурсная поддержка под торговое финансирование.

Как и другие банки, мы столкнулись с негативными последствиями в виде потери капитала со стороны наших собственников, но с точки зрения финансовой устойчивости банка все благополучно и как раз во многом благодаря правильной политике материнского банка. Они сами представители развивающейся экономики, и понимают, что требования по достаточности нормативного капитала, которые выработаны Базельским комитетом, должны в наших условиях быть несколько выше – с запасом прочности. Кроме того они предъявляют к нам немного меньшие требования по показателю эффективности нормативного капитала, ведь если показатель достаточности капитала идет с запасом, то и эффективность нормативного капитала будет ниже. Благодаря этому пониманию и удалось обеспечить задел прочности, который оказался весьма своевременным для того чтобы банк с точки зрения пруденциальных нормативов выдержал неблагоприятную конъюнктуру.

- Помогал ли Внешэкономбанк советами – как корректировать кредитную и депозитную политику, к примеру?

- Есть очень высокая степень доверия со стороны материнского банка к правлению Белвнешэкономбанка, поэтому как, кого и в каких объемах кредитовать мы определяем самостоятельно. Кредитование мы даже наращиваем, хотя, конечно, не теми темпами, которые были в предыдущие годы. Мы уверены, что уровень нашей ликвидности и наши обязательства перед клиентами в совокупности позволяют проводить такую политику.

- Но требования к заемщикам растут? Ведь иногда ради его блага лучше в кредите отказать...

- Уверен, что граждане должны сами определиться со своими подходами: могут они позволить себе взять кредит или нет. Мы всегда приветствовали клиентов, которые умеют ответственно подходить к своему решению, просчитать свои возможности по обслуживанию кредита. И если такая возможность есть, то отказывать в кредитовании не правильно. Никаких особых рекомендаций ни банкам, ни населению тут не надо – банки вполне адекватно научились управлять своими кредитными рисками. Я далек от мысли, что все граждане умеют правильно делать такой выбор, и уровень финансовой грамотности надо повышать, но по своему портфелю мы видим, что проблемные активы даже в столь непростой период не нарастают.

- Неужели они совсем не увеличились за кризисный год?

- В целом ситуация с проблемными активами складывается весьма благоприятная. Если говорить о просроченных кредитах в целом в кредитном портфеле, то их меньше 1%. А поскольку кредитный портфель растет, то их доля даже снижается, пусть и несколько арифметическим путем. Всего по физическим лицам у нас около 3,5% «плохих» кредитов.

- За последнее время уже несколько банков, в том числе из шестерки системообразующих, приняли решение о сворачивании кредитования, в первую очередь, жилищного…

- У нас таких планов нет. Мы бы хотели оставить те продукты, которые наработали, без изменения. Другое дело, что население само меньше обращается за кредитами на недвижимость и автомобили. В основном спросом пользуются потребительские кредиты.

- Это мы от природы такие сознательные? Не удивительно, что у нас коллекторских агентств нет.

- Действительно, население по сравнению с заемщиками в соседних странах ведет себя более ответственно в части обслуживания кредитов. Такая культура поведения выработана годами.

Банк должен уметь работать не только в хорошие времена, но и в условиях нестабильной макроэкономической ситуации. То, что банк не уходит с рынка, выстраивает отношения с клиентами в новых условиях – это тоже показатель, формирующий имидж банка.

Будет инфляция – не будет доверия к рублю

  
 
 
- Еще одна белорусская особенность – волны девальвационных ожиданий. И если раньше они обострялись 1-2 раза в год, то в этом году даже после выхода на единый курс девальвационные ожидания сильны. Насколько это усложняет работу банкам?
 
- Население действительно периодически поддается таким настроениям. Но вообще-то вся макроэкономика построена на ожиданиях. Поэтому я к классической экономике всегда добавлял то, что называется «поведенческие финансы» - это очень помогает выстраивать стратегию на будущее, ведь настроения и ожидания надо уметь учитывать.

- А еще лучше – формировать.

- Вы немножко меня опередили. Правильная политика власти как раз в том, чтобы формировать эти ожидания, уметь провести антиципационные действия – предвосхитить эти ожидания и правильно на них воздействовать. Конечно, когда население получает негативную информацию, к примеру, о состоянии платежного баланса, о дефиците текущего счета платежного баланса, о недостаточности источников для его покрытия, выстраиваются негативные ожидания. А если население получает позитивную информацию – правдивую конечно, а ее немало – то реакция будет совершенно иная.

В первую очередь, сейчас очень важно обеспечить меры по укреплению покупательной способности рубля. Ведь инфляция для всех стран – самое основное зло, и недооценивать инфляцию, даже если она находится на довольно безобидном уровне, к примеру, 13-15%, было бы очень опрометчиво.

- Но у нас она выше, и как в этом случае бороться с девальвационными ожиданиями и долларизацией?

- Она будет, пока не будет доверия к национальной валюте. А доверие формируется при проведении правильной макроэкономической политики, на основе конкретных действий по снижению инфляции и укреплению покупательной способности. То есть и население, и субъекты хозяйствования должны верить, что все продекларированные действия будут реализованы, пусть и с небольшими отклонениями.

- Тогда качество вербальных интервенций надо повышать, ведь случается, что негативные ожидания активизируются как раз после официальных заявлений.

- Да, действительно. И глава государства совершенно справедливо обращал внимание на то, что не стоит, к примеру, пугать население результатами стресс-тестов либо пессимистическими сценариями. Как показывает практика, стресс-тесты моделируют крайние ситуации, которые, как правило, не реализуются. Озвучиваемая информация должна быть экономически обоснована, а прогноз – в рамках компромиссных сценариев.

- А российский опыт нам не поможет: не только запретить расчеты иностранными валютами внутри страны, но и не озвучивать никаких «долларовых эквивалентов», говоря о зарплатах, стоимости недвижимости?

- Я был и остаюсь категорическим противником того, чтобы внутри страны расчеты проводились в иной валюте, чем наше законное платежное средство – белорусский рубль. Любой разрешение расчетов в иностранной валюте – удар по своей. И это не решает проблем в среднесрочной перспективе, а вред приносит гораздо больший, чем возможная сиюминутная польза. Кстати совершенно правильно было принято решение по запрету кредитования населения в валюте – жизнь это подтвердила, многих заемщиков такое решение спасло от возможных проблем.

Больше никакие административные меры применять нет необходимости. Но конечно не надо озвучивать планируемые, целевые параметры, заработной платы, к примеру, в долларовом выражении. Конечно, нужен какой-то устойчивый эквивалент, но у нас есть показатели, к которым можно привязываться – базовая величина, к примеру.

- Или средняя стоимость квадратного метра жилья.

- Да, вполне.

- Мы уже вспоминали о валютных кредитах – а много еще осталось ваших клиентов, которые их не перевели в рублевые?

- У нас в портфеле валютных кредитов не много, и мы даже в сложные времена давали возможность населению погашать эти кредиты белорусскими рублями и по курсу Нацбанка +2%. Банк мог себе это позволить, учитывая, что в портфеле таких кредитов было всего на 3 млн долларов – мы не очень активно в тот период занимались развитием розничного направления.

- Одним из самых неприятных симптомов в острую фазу валютного кризиса было отсутствие возможности цивилизованной покупки валюты. Не то чтобы без этого жить нельзя, но иногда реально нужно – а в банках и валюты нет, и очереди. Отношения населения к банкам это крепко портило.

- Действительно, было очень много проблем не только экономического, но и морального характера. Очень сложно развивать с клиентом нормальные конструктивные отношения, если у клиента проблемы, он не имеет доступа к иностранной валюте, а ты ему ничем помочь не можешь. Крайне сложный был период.

- А пытались банкиры пролоббировать более ранний выход на единый обменный курс?

- Банковское сообщество всегда выступало за то, чтобы более быстрыми темпами произошла унификация курсов. Я как в прошлом руководитель группы по выходу на единый курс в 2000 году понимал, что это нужно и можно осуществить. Другое дело – как это делать технически. Тут имеют право на жизнь разные подходы. Принципиально то, что курс сейчас унифицирован, хотя уровень курса, на который мы вышли, думаю, никому крепко не нравится – девальвация произошла темпами гораздо большими, чем мы прогнозировали. В свои текущие планы банк закладывал более оптимистичные цифры.

- Вернемся к инфляции. Сейчас решение о том, что именно инфляция будет основным макроэкономическим ориентиром в 2012 году уже практически утверждено. Правильное решение?

- Это абсолютно правильное решение. Макроэкономическая политика должна быть направлена на стабилизацию, не может быть долговременного устойчивого роста экономики при высокой инфляции. Если внимательно читать ОНДКП по годам, там среди целей ЦБ в первых строках всегда писалось: «содействие устойчивому экономическому росту». Акцентирую внимание на слове «устойчивому» - имелось в виду, что это рост при низкой инфляции, а не рост любой ценой. Это основа здорового инвестиционного климата, сбалансированного платежного баланса, устойчивого обменного курса.

Поэтому, на мой взгляд, не принципиально какой прирост экономики будет в следующем году – 2% или 5%. Принципиально, чтобы мы вышли на уровень инфляции (прогноз правительства на 2012 г – 22% - TUT.BY), который позволил бы уже в 2013 году говорить об однозначном уровне инфляции – менее 10%. Это, кстати, крайне важно и для обеспечения роста реальных доходов населения.

Здоровая конкуренция как спасательный круг
 

- Белорусский банковский рынок за последние годы сильно изменился, пришло много крупных инвесторов. Насколько поменялся расклад сил? Пришлось ли госбанкам сдать позиции? Все-таки ресурсов у крупных российских банков действительно много.

- Своевременно проведенная Нацбанком работа по укреплению банковской системы, в том числе по привлечению в нее иностранного капитала, принесла результат. Глубоко убежден: не будь сейчас этой группы банков с иностранным капиталом, ситуация с кредитованием экономики и в целом со стабильностью банковской системы была бы гораздо хуже. Материнские банки оказали и оказывают мощную поддержку. Конечно, и белорусские госбанки рассчитывают на поддержку своего собственника, и они в той или иной степени ее получат, но если говорить о привлечении ресурсов в иностранной валюте, то правительство Беларуси не может позволить себе такую роскошь, а банки с иностранным капиталам доступ к валютным ресурсам имеют.

Так что дискуссий было много, но все сделано своевременно и правильно. И результат есть.

Сейчас и Белвнешэкономбанк и другие банки с иностранным капиталом свои рыночные позиции укрепляют. Тенденция это здоровая – к сожалению, и это отмечал и МВФ, и рейтинговые агентства – еще сохранилась очень большая концентрация банковской системы, банки с госучастием имеют очень значительный вес в активах банковской системы, и перераспределение активов только на пользу.

- А между банками с иностранными инвестициями конкуренция есть? Приходится ли оглядываться на конкурентов, и часто ли слово «бенчмаркинг» звучит в банке?

- Конечно, конкуренция усилилась, и это очень сильно проявилось в прошлом году, когда на рынке был избыток ликвидности. Это был райский период для клиентов, когда они могли проводить конкурсы по выбору кредиторов, а маржа банка была меньше одного процентного пункта. Это хорошо, и подтверждает, что не стоит регулировать, к примеру, маржу банков – рынок это делает сам. И если бы такой жесткой конкуренции на рынке не было, поверьте, кредитные ставки на рынке были бы гораздо выше, приближаясь к уровню инфляции. А сейчас ставки почти вдвое ниже.

А что касается бенчмаркинга, то как можно принимать решения, не учитывая конъюнктуры кредитного и депозитного рынка? Эта информация всегда лежит в основе наших решений. Это аксиома. Я сторонник того, чтобы банк перенимал лучший опыт банков, которые близки по духу, по стратегическим задачам.

В банковской системе Беларуси как раз приход иностранных банков дал очень мощный импульс для внедрения новых технологий и подходов. И первые иностранные инвесторы нам очень много дали – на них равнялись, за ними подглядывали.

Планов громадьё
 
-Насколько банку пришлось из-за кризиса менять свою стратегию и планы, в том числе по вхождению в пятерку крупнейших банков страны?
 
-Мы не корректировали свою стратегию в части целевых показателей. Есть принципиальные задачи, одобренные нашими собственниками. Мы действительно хотим быть в пятерке лидеров на банковском рынке. Если считать по активам, то мы еще шестые, по нормативному капиталу – уже в пятерке. Мы ориентируемся не только на валовые показатели – мы стремимся в лидеры по духу, по качеству. Но это гораздо сложнее. У нас идет огромная работа по модернизации бизнес-моделей. Однозначно определено, что это клиентоориентированная модель, и потребуется не один год, чтобы завершить ее полноценное формирование. Позволю нескромно сказать, что это уже будет банк совершенно другого технологического уровня.

- Но по валовым показателям банки сравнивать куда проще, чем по духу и качеству обслуживания. Как клиенту, нынешнему и будущему, объяснить, что их ожидает, если все планы будут реализованы?

- С одной стороны это просто, с другой – сложно. В части отношения с клиентами, особенно с юрлицами, важны стратегические отношения – это не сиюминутная выгода, а выстраивание длительных отношений и комплексный подход, чтобы банк мог максимально удовлетворять потребности клиента в проведении любых операций. Если мы говорим о крупных, VIP-клиентах, это можно сделать и в ручном режиме, но если речь идет еще о среднем и малом бизнесе, а с ним тоже надо выстраивать такого рода отношения, то это большой объем информации, и требует внедрения самых современных IT-технологий для сопровождения таких взаимоотношений.

Кроме того, требуется и изменение психологии работников, которые взаимодействуют с клиентами.

Продуктоориентированная модель во многом проще – предложил рынку хороший продукт, быстро его продал, получить доход и забыл про клиентов, которые его покупали. Но это не наш путь.

- Вы упомянули VIP-клиентов среди юрлиц. А как есть ли планы в отношении физлиц? Будет ли Private Banking развиваться в стране и в частности в Белвнешэкономбанке?

- Будет!

- Скоро?

- Ряд банков к этому уже приблизился и в той или иной степени его реализует. В наших планах Private Banking пока нет. Мы активно розничное направление стали расширять буквально недавно, и, когда будем уверены, что сможем оказывать услуги высочайшего качества, этот продукт появится и у нас.

- Банк имеет прекрасную историю кредитования юрлиц и крупных проектов, а в конце ноября Беларусь договорилась о привлечении кредита на сумму до 10 млрд долларов под строительство АЭС. Попал ли Белвнешэкономбанк в число тех, кто будут обслуживать этот кредит?

- Кредиты на эту сумму будут предоставляться в аккредитивной форме, то есть исключительно по мере выполнения работ. Агентами по соглашению определены с российской стороны Внешэкономбанк, наш материнский банк, с белорусской – Белвнешэкономбанк. Учет и расчеты будем обеспечивать мы. Нам это под силу. Справимся.

- До кризиса у банка были масштабные планы внешних заимствований. Они в силе?

- Мы планировали выпуск еврооблигаций и действительно были очень близки к тому, чтобы эти планы реализовать: провели соответствующие процедуры, подготовили проспект эмиссии, сделали due diligence банка... Нам не хватило чуть-чуть. Обидно, но что поделаешь. Конечно, сейчас говорить о выходе на долговые рынки не приходится из-за двух моментов. Первый – макроэкономическая ситуация в Беларуси, второй – ситуация в банковской системе Европы. Сейчас мы будем наблюдать то, что называют «кредитным сжатием», и в Европе, и в Беларуси.

Если ориентироваться на еврооблигации нашего правительства, то доходность там сейчас около 15%, а это очень много, такие дорогие валютные ресурсы просто некуда разместить. Так что правительство в следующем году не планирует новых выпусков еврооблигаций, и мы тоже.

Но есть другие инструменты. Мы в этом году сделали крупный синдикат (http://finance.tut.by/news232060.html) – практически в условиях кризиса. Средства привлекли от российских банков. Если ситуация стабилизируется, возможно, в следующем году опять прибегнуть к этому инструменту, причем именно на российском рынке.

- Вы упоминали кредитное сжатие, кого оно в большей степени коснется, реального сектора, физлиц?

- Мне приходилось много выступать на эту тему, публиковать соответствующие статьи, и я всегда обращал внимание, что при кредитовании есть граница, которая обусловлена состоянием экономики. Если она не принимается во внимание, мы имеем то, что называют феноменом быстрого роста кредитов. Его, кстати, переживала не только Беларусь. Вслед за этим феноменом всегда следует кредитное сжатие. Неминуемо. Это – императив. Вот к такому периоду, когда должна проводиться политика кредитного сжатия, мы сейчас подошли. Необходима политика рационирования кредитования со стороны банковской системы. Кстати несмотря на то, что банковская система будет сокращать кредитование экономики, отдельные банки могут его наращивать, если у них будет несколько больше возможностей по привлечению ресурсов. Мы для себя наметили планы кредитования темпами выше планируемой инфляции – порядка 40% в номинальном выражении.

- Говоря о кредитовании, эксперты отмечают, что в условиях отрицательных ставок, как сейчас в Беларуси, экономические механизмы нарушаются: стимулируется избыточный спрос на кредитование, эффективность и обоснованность проекта менее важна, если ставка оказывается ниже инфляции.

- Такая точка зрения имеет право на жизнь, но мне кажется, что она излишне теоретическая. Практика взаимоотношений с нашими клиентами показывает, что спрос на кредиты значительно падает, и это уже осознанная политика самих клиентов. Так что теория вроде бы правильная, но она не совсем подтверждается.

Личный взгляд
 
- Для вас пошел уже второй год в должности председателя правления Белвнешэкономбанка, какое свое достижение в этой должности считаете самым важным? Что оказалось самым сложным?
 
- Очень непростой вопрос. Сложно правильно воздействовать на корректировку сформированных поведенческих установок в коллективе. В банке была выработана определенная организационная культура, иерархия, которая свойственна очень многим нашим предприятиям. Это объяснимо, ведь все мы вышли из госсобственности. Конечно, при переходе на другую организационную культуру, рыночную, необходимо правильно воздействовать на поведенческие установки.

Я исхожу из того, что в основе поведения человека лежит простой принцип: стимул-реакция. Причем в широком смысле слова, а сотрудники порой считают, что стимул обязательно должен быть материальным. Нужно менять привычки. Рыночная организационная культура – это отсутствие уравниловки в части вознаграждения, это применение KPI в обязательном порядке (набора основных показателей, характеризующих эффективность деятельности – TUT.BY), это большая конкуренция в коллективе, контрактная основа работы, гарантия сохранения рабочего места только в случае соответствия должности и выполнения всех обязанностей, а не потому, что ты уже 20 лет работаешь на этом месте. Сложности в связи с переходом на новую модель есть, как у любой организации в период такой перестройки.

- Ни разу не пожалели, что ушли с госслужбы?

- Есть прелести в госслужбе, есть и в банке. Для меня переход в коммерческий банк – довольно новый и серьезный проект, который мне хотелось реализовать: развить хороший банк до уровня современного финансового учреждения, не уступающего по своей технологичности никому не только на рынке Беларуси, но и в Европе. Это работа не одного года. Думаю, такие амбициозные планы под силу и нам, и еще ряду белорусских банков.

- Ваши российские коллеги любят рассказывать о своих походах на «гембу» - полезно ли топ-менеджменту банка поработать рядом с рядовыми сотрудниками? Или это просто мода такая?

- Отделения я, конечно, периодически посещаю, задаю вопросы, визуально наблюдаю. Но это не мой стиль управления. Порой это нужно, но делать из этого какую-то кампанию не стоит. Вот когда в начале 90-ых был управляющим отделения коммерческого банка, я, конечно, делал это почти ежедневно. Сейчас у меня есть для этого руководители отделений, департаментов, отделов, которые занимаются улучшением отдельных элементов бизнес-процессов. Задача руководителя более глобальная – правильно выстроить организационную структуру. И если речь идет, к примеру, об интеграции риск-менеджмента в кредитные процессы, то для этого нужно и время, и современные технологии. Тут походы на “гембу” не помогут, нужно в целом видеть структуру, понимать, как избежать конфликта интересов.

- О будущем банка мы поговорили, но в ближайшие дни Белвнешэкономбанк отмечает свое двадцатилетие. Давайте вспомним и о пути, который за это время пройден и банком, и системой.

- Банковская система стала совершенно иной. Мне очень приятно, что она ничуть не уступает нашим соседям, а по определенным элементам открытости, прозрачности, даже и превосходит. В последние годы идут процессы централизации, внедряются новые технологии и продукты, мы сделали рывок вперед, и полностью готовы к удовлетворению всех потребностей экономики страны. Конечно, случается, что ресурсов оказывается недостаточно, но это претензии уже не к нам. Банки – это посредники. Что в экономике есть, то и распределяется банковской системой.

Если говорить о нашем банке, то мне очень приятно, что, несмотря на серьезную конкуренцию и проблемы, которые бывали в предыдущие годы (вспомните хотя бы, как почти половина государственных предприятий из банка вынуждены были перевестись в госбанки) банк все выдержал, остался в лидерах, в системообразующих банках и у него огромный потенциал для дальнейшего развития, амбициозные планы.

- Такие амбициозные планы у банка, а тут у некоторых банков рядом есть проблемы с капитализацией, с выполнением нормативов… Нет желания воспользоваться кризисным временем и прикупить активов?

- Нет. Я сторонник того, чтобы расширять бизнес и прирастать клиентами за счет повышения качества работы. Ведь можно расширить бизнес, но важнее его улучшить. Так что путь поглощений, присоединений не всегда приводит к желаемому результату.

- Российская недавняя история с покупкой Банка Москвы, который оказался куда более проблемным, чем казалось покупателю, это подтверждает.

- Кстати у нас очень прозрачная банковская система и таких вещей, как порой вскрываются в России, у нас по определению быть не может. Возможны мелкие вопросы, проблемы, если что-то не досмотрели. Но только мелкие. У нас проведена работа, когда до последнего бенефициара регулятор знает собственников в банках. Это очень сложная работа и тут надо снять шляпу перед регулятором, который эту работу провел. Это обеспечивает более ответственное поведение собственника. Одно дело рисковать чужими деньгами, другое – своими.

- В период экономического роста многие компании и банки активизируют участие в благотворительных проектах, активно спонсируют спорт. Не оказываются ли такие проекты за бортом, когда в экономике намечается спад? Как определяете проекты, на которые готовы потратить деньги?

- Мы не можем быть в стороне от общества и конечно поддерживаем ряд проектов. Тут принципиально важно выбирать направления спонсорской поддержки, сотрудничества. Направления эти в банке определены традиционно, и мне очень симпатично то, что они разносторонние. В первую очередь это то, что связано с нашей национальной культурой, взаимодействие с Национальным историческим музеем, с театрами. Важна и поддержка спорта, причем кроме поддержки спорта на национальном уровне, есть и прямая помощь спортсменам-инвалидам, молодежи. По этому вопросу в банке хорошие традиции, сложившаяся культура, и это нужно сохранить, хотя времена и не самые лучшие. Сокращать поддержку мы не будем.


Возврат к списку